Алексей Писемский В водовороте
На лице Жуквича заметно отразилось при этом удовольствие.
- Вот эта ж самая служба родине, - заговорил он немножко нараспев и вкрадчивым голосом, - я думаю, и нуждалась бы, чтобы вы не расходились с князем: он - человек богатый ж и влиятельный, и добрый! Мы ж поляки, по нашему несчастному политическому положению, не должны ничем пренебрегать, и нам извинительны все средства, даже обман, кокетство и лукавство женщин...
- Совершенно согласна, что средства все эти позволительны, - подхватила Елена, - но в некоторых случаях они для женщины возможны, а в других - выше сил ее... Вы, как мужчина, может быть, не совсем поймете меня: если б я князя не знала прежде и для блага поляков нужно было бы сделаться его любовницей, я ни минуты бы не задумалась; но я любила этого человека, я некогда к ногам его кинула всю мою будущность, я думала всю жизнь мою пройти с ним рука об руку, и он за все это осмеливается в присутствии моем проклинать себя за то, что расстроил свою семейную жизнь, разрушил счастие преданнейшей ему женщины, то есть полуидиотки его супруги!.. Наконец, когда я сказала ему, что, положим, по его личным чувствам, ему тяжело оказать помощь полякам, но все-таки он должен переломить себя и сделать это чисто из любви ко мне, - так он засмеялся мне в лицо.
Под влиянием гнева, Елена даже несправедливо передавала происходившее у ней объяснение с князем.
Жуквич на все эти слова ее молчал.
- И что мне жить еще после этого с ним?.. - продолжала Елена, - тогда как он теперь, вероятно, тяготится и тем, что мне дает кусок хлеба, потому что я тоже полька!.. Да сохранит меня небо от того!.. Я скорее пойду в огородницы и коровницы, чем останусь у него!
- А мне ж кажется, что князь любит вас и любит даже очень! - возразил ей Жуквич.
- Да, чувственно, это может быть, но я хотела и надеялась, что он меня будет любить иначе, а уж если необходимо продавать себя этим негодяям-мужчинам, так можно найти повыгодней и потороватей князя... Вон я сейчас нашла двух покровителей, батюшку и сынка, - обоих обобрать можно, если угодно... - проговорила Елена с каким-то озлобленным цинизмом. Словом, о князе говорить нечего, - это дело решенное, что мы с ним друг для друга больше не существуем! Будемте лучше с вами думать, что нам предпринять для наших соотчичей.
0uqkjdy
Депутаты выворачивают карманы Алексею Кудрину. Задержан бывший начальник главного следственного управления. Датские газеты ударили карикатурой по заговору. Открытие Большого театра откладывается до 2009 года.
Зачем Юнус-Бека Евкурова гонят на службу. Renault приобретет блокирующий пакет акций «АвтоВАЗа». В Минске разогнали марш оппозиции.