Уютный пол

x x x

"...Мать. Мать..." - это слово прорастало сквозь него, как золотой цветок, пуская солнечные корни в черноту под ногами и расцветая над головой сияющим снопом. Он был лишь выражением этого цветка... Прошло уже два дня. Лес поглотил его, и Саах продвигался, плавно скользя в некой субстанции.

Он не был, от БЫЛ; пусть даже на несколько часов. Он осознавал крепкие нити, похожие на паутину, связывающие автобус и несколько теней в нем с некоторыми местами в городе, в лесу, на покинутой станции. В реальности этого опыта он убедился, когда, прослеживая путь одной из нитей, вышел на небольшую полянку, посередине которой стоял каменный домик. Нить тянулась к дому и исчезала внутри. Саах подошел не касаясь земли, толкнул дверь, прошел через прихожую и оказался в комнате. Несколько мертвецки пьяных мужей спало вповалку в различных местах. Он взял все необходимое: еду, одежду, документы, аптечку и вышел. Внутри напряглось. Он услышал гул мотора и почувствовал, что это за ним. Он это чуял всеми фибрами. Постояв на пороге и глядя в чащу, он сосредоточился и тут же резко повернулся. В дверях, пошатываясь, стоял человек с осоловелыми глазами: "Ык! Копка! Ты, штоль?" Саах облегченно вздохнул и, повернувшись, зашагал к лесу. Автобус подъехал к дому как раз в тот момент, когда Саах скрылся за деревьями. Пьяный человек бессвязно рассказывал о лешем и показывал, куда тот пошел, тыкая пальцем совсем в другую сторону. Саах все это слышал, и чувствовал струйки враждебности, приходящие к нему с той стороны. Они, эти струйки, нуждались в указании направления не больше, чем опилки железа по отношению к магниту. Он ощущал их на своем бедном теле как маленькие скручивания, затвердения, мешающие нормальному функционированию. Это были щупальца смерти.

Саах вышел на вырубку и сел на пень. Лучи связывали солнце с землей золотыми волокнами. Поднявшись по одному из них, он увидел израненного Сааха сидящим на пне в бандитской одежде, жующего бандитский хлеб, увязнувшего в бандитской паутине, опутывавшей, в сущности, весь город и прилегающие станции, и даже некоторые места в лесу. Но лес был могуч. Он насмешливо, добродушно терпел эту паутину, так как был любвеобилен. И лес в любой момент мог стряхнуть эту сеть с себя, как слон стряхивает комара. Но суть леса смирение и отдавание. И, видимо, так было задумано для окончательного акта. Саах понял, что, живя в лесу и волоча за собой враждебные сети, он становится носителем этой заразы. Необходимо было найти решение. Какое? Растворяясь в солнечном тепле, он видел Сааха, сидящего на пне; бандитов, горящих местью и рыскающих повсюду в городе и в лесу; море за горизонтом, в котором смуглая девушка на белой яхте смотрела на пробегающую под бортом лазурь воды; видел город, в котором запуганные жители с закупоренными сердцами добывают и едят свой скудный обед; где-то за океаном видел ураганы, рушащие в несколько минут несносные язвы слишком обнаглевших мегаполисов; наблюдал червя в земляной подстилке, глотающего перегной... Видимо, решение созрело, раз он встал и направился в чащу. Да, он пошел в город.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: