Ирина Ратушинская Серый - цвет надежды
- Надежда, я вернусь тогда,
Когда трубач отбой сыграет,
Когда трубу к губам приблизит
И острый локоть отведет.
Надежда, я останусь цел:
Не для меня земля сырая,
А для меня - твои тревоги
И добрый мир твоих забот...
Мы им песен петь не могли ввиду моей музыкальной бездарности. Что ж, я читала им стихи. В кружку, через трубу. А пока хватало голоса вначале просто кричала у двери, тоже было слышно во всех камерах. Я уже выдыхалась, а они просили еще и еще - и снова у меня брались силы неизвестно откуда. Про Рождество, про волчью охоту, про мальчишку, который просит тюрьму дать ему кличку... Про веселых сказочных драконов - они никак не обжоры, просто у них чешутся зубы... И не надо было мне никакого другого признания, да и нет признания выше - дать измученным людям под Новый год хоть десять минут радости!
2 ноября у Наташи кончился срок ШИЗО, и ее вынесли из камеры, идти она уже не могла. Приступили ко мне:
- Снимайте голодовку!
- Я требовала не только выпустить Лазареву из ШИЗО, но и уложить ее в больницу.
- Ее туда повезли!
- Я вам не верю.
- Почему это?
- Потому хотя бы, что ее полуживую продержали в ШИЗО до последнего дня. Я раз сто вызывала для нее врача, и врача этого мы не видели. Кроме того, все вы все время врете, и я не могу верить вам на слово.
- Чего же вы хотите?
- Увидеть Лазареву в больницу своими глазами.
- Но вам еще два дня ШИЗО!
- Так буду голодать.
Двух этих последних суток я напрочь не помню. Кажется, я их сплошь проспала. На меня навалилась страшная усталость всего последнего месяца - а тут я была одна в камере, и никто меня не будил. Помню, что выволакивала с утра парашу вдвоем с дневальной - перепуганной уголовницей, которой запретили со мной говорить. Ее прикрепили для этой цели к нашей камере, когда Наташа уже не вставала. После такой разминки я валилась на пол поближе к отопительной трубе - вдруг пустят теплую воду? И уходила из камеры туда - не знаю куда. Там было светло и хорошая музыка, она наплывала волнами и затягивала все глубже и глубже. Потом оказывался какой-то черный туннель, и в конце его меня ждали. Но каждый раз, долетая до конца, я понимала, что надо вернуться назад. Ох, как не хотелось! Но туда мне было еще не пора. И потом, как же Игорь? И я возвращалась.
0uqkjdy
Зять Нурсултана Назарбаева может быть арестован в Австрии. Лишние семь килограммов продлят жизнь на семь лет. Чему может научить Россию иммиграционный опыт Запада.
Россия никак не может решить проблему «спорных» детей. Правительство избавилось от фармконтролера. Михаил Зурабов - следующий. Россия подтвердила местонахождение Михаила Гуцериева. правой рукой личного друга президента. Самолеты готовы остановить снегопады на подступах к Москве. Сеть встречает Новый год. В час пик в “подземке” столкнулись два поезда. Их деньги не интересуют бизнес. Разговор с позиции третьей силы.